IV Центрально-Азиатский Неврологический Форум: эксперты обсудили стратегию развития неврологической помощи и новые вызовы для системы здравоохранения

В Алматы завершил работу IV Центрально-Азиатский Неврологический Форум. Цифры, озвученные на нем, заставляют взглянуть на здоровье нации под новым углом: 49 тысяч инсультов в год, рост болезни Альцгеймера на 62% за два года и 13 тысяч пациентов с болезнью Паркинсона. При этом реальное число людей с деменцией, по оценкам экспертов, может достигать 200 тысяч, они просто не доходят до врача, списывая провалы в памяти на возраст. О том, почему искусственный интеллект пока не заменит невролога, как «молодеют» инсульты и рассеянный склероз, и какие перемены ждут казахстанскую неврологию уже в этом году, мы поговорили с председателем оргкомитета форума, доктором медицинских наук, заведующей кафедрой нервных болезней КазНМУ им. С.Д. Асфендиярова, главным неврологом Министерства здравоохранения Республики Казахстан Сауле Туруспековой.

— Сауле Тлеубергеновна, IV Центрально-Азиатский Неврологический Форум прошел в непростое время, когда статистика неврологических заболеваний в Казахстане бьет рекорды. Какова главная сверхзадача этого мероприятия именно на 2026 год?

— Главная задача форума в 2026 году — не просто обсуждение проблем, а выработка конкретных решений для региона. Сегодня мы видим рост числа пациентов с аутоиммунными заболеваниями, инсультом, деменцией, болезнью Паркинсона. Это связано и со старением населения, и с изменением образа жизни, и с лучшей диагностикой. Поэтому сверхзадача форума объединить экспертов Центральной Азии, России, Таджикистана и других стран, чтобы ускорить внедрение современных стандартов диагностики, лечения и реабилитации. Особое внимание уделяется миастении, инсульту, нейродегенеративным заболеваниям, редким болезням нервной системы и нейрореабилитации. Фактически форум становится площадкой, где формируется региональная стратегия развития неврологической помощи от научных исследований до реальной клинической практики и подготовки специалистов.

— В этом году форум расширил географию: параллельная сессия прошла в Бухаре. Чем обусловлен выбор Узбекистана, и означает ли это переход к более тесной сети «неврологических кластеров» в регионе?

— Выбор Узбекистана неслучаен. Мы всегда очень тесно сотрудничали с братской республикой. У нас общие корни, общие цели и задачи. В последние годы в стране активно развивается неврологическая служба, растет интерес к международному сотрудничеству, совместным исследованиям и образовательным программам. Бухара стала символичной и уже традиционной точкой расширения форума. Исторически Центральная Азия всегда была пространством обмена знаниями. Региональная сессия в Бухаре проводится уже во второй раз. Сегодня мы фактически возвращаем эту традицию, но уже на уровне современной медицины. Да, можно сказать, что мы движемся к формированию региональной сети сотрудничества, своего рода «неврологического пространства Центральной Азии». Это позволит быстрее внедрять новые технологии лечения инсульта, миастении, рассеянного склероза, развивать телемедицину, совместные регистры пациентов и образовательные программы для врачей.

— Как прошел форум, оправдал ожидания и какие новые форматы взаимодействия были внедрены, чтобы подключение из регионов было не просто трансляцией, а полноценным участием?

— Форум действительно превзошел ожидания по вовлеченности. Онлайн-участие стало не просто просмотром лекций, а полноценным профессиональным диалогом. В первый день форума было вовлечено 2816 онлайн-участников, во второй день 1097. Кроме того, есть возможность прослушать наиболее интересные сообщения в записи, которая будет доступна в течение месяца. Мы внедрили несколько новых форматов: интерактивные клинические разборы с возможностью задавать вопросы экспертам в реальном времени, обсуждение клинических кейсов из регионов Центральной Азии, а также активное участие молодых специалистов и резидентов. Это позволило врачам из разных городов и стран не просто подключиться к форуму, а стать активной частью профессионального сообщества. И, пожалуй, самый важный результат — формирование устойчивых профессиональных связей, которые продолжаются уже после завершения форума.

— Цифры, которые звучат из уст специалистов, действительно тревожные: за год количество пациентов с острым нарушением мозгового кровообращения (ОНМК) выросло до 49 тысяч, при этом почти 12% умирают, не покидая стационара. В чем корень проблемы? Это «помолодевший» инсульт, поздняя госпитализация или нехватка реанимационных мощностей?

— На самом деле причина комплексная. Мы действительно наблюдаем несколько параллельных тенденций. Во-первых, инсульт «молодеет», увеличивается число пациентов трудоспособного возраста, и это связано с факторами риска артериальной гипертензией, диабетом, ожирением, стрессом и малоподвижным образом жизни. Особо хотелось бы акцентировать внимание на следующем: практически большинство факторов риска являются корригируемыми! Здесь должна быть хорошая превентивная профилактика со стороны ПМСП и личная ответственность каждого жителя страны. Во-вторых, остается проблема позднего обращения. Значительная часть пациентов поступает за пределами так называемого терапевтического окна, когда наиболее эффективны современные методы лечения. И третья составляющая, неравномерная доступность высокотехнологичной помощи. В крупных городах возможности значительно выше, чем в отдаленных регионах. Поэтому сегодня ключевая задача системы здравоохранения не только лечение в стационаре, но и раннее распознавание инсульта, эффективная работа скорой помощи и маршрутизация пациента.

— Также отмечается рост проведенного тромболизиса на 11% — это хороший сигнал. Однако смертность остается высокой. Были ли на форуме представлены новые протоколы «золотого часа» или алгоритмы работы скорой помощи, чтобы пациент попадал под тромболизис еще быстрее?

— Да, этот вопрос был одним из центральных на форуме. Современная инсультная помощь строится буквально по минутам, чем быстрее восстановлен кровоток, тем выше шанс сохранить функции мозга. Главная цель, чтобы пациент получал тромболитическую терапию максимально быстро, независимо от того, где он живет. Учитывая особую актуальность и социальную значимость инсульта, кафедра нервных болезней КазНМУ и Ассоциация неврологов приняли решение о проведении 29-30 мая 2026 года совместного со Всемирной Организацией по борьбе с инсультом (WSO) Конгресса. Он будет посвящен актуальным проблемам неврологии с фокусом на образование и клиническую практику. Особое значение Конгрессу придает участие ведущих международных экспертов WSO: президента WSO профессора Jeyaraj Durai Pandian из Индии, профессора Craig Anderson из Австралии, профессора Valeria Caso из Италии и профессора Gustavo Saposnik из Канады. Это обеспечит высочайший уровень обсуждения сосудистой патологии.

— В Казахстане работают 85 инсультных центров. Достаточно ли этого, учитывая рост заболеваемости на 5,6%? И каков главный критерий эффективности такого центра, который планируется утвердить по итогам форума?

— Количество центров важный показатель, но сегодня ключевой вопрос уже не только в числе, а в качестве и скорости оказания помощи. 85 инсультных центров — это серьезная инфраструктура, однако их эффективность зависит от нескольких факторов: готовности мультидисциплинарной команды, круглосуточной диагностики, доступности тромболизиса и эндоваскулярного лечения, а также последующей реабилитации. Одним из обсуждаемых критериев эффективности является временной показатель, насколько быстро пациент получает специализированную помощь. Речь идет о времени от поступления до начала лечения, доле пациентов, получивших реперфузионную терапию, и, самое главное, о снижении инвалидизации. По сути, современный инсультный центр оценивается не по оборудованию, а по тому, скольких пациентов удалось вернуть к полноценной жизни.

— Статистика по болезни Альцгеймера выросла на 62% за два года, но реальное число пациентов с деменцией, по оценкам, может достигать 200 тысяч. Почему официальная статистика так сильно расходится с реальностью? Нет ли у нас проблемы гипердиагностики или, наоборот, стеснения пациентов обращаться к врачам?

— Скорее мы сталкиваемся не с гипердиагностикой, а наоборот с недовыявлением. Деменция долгое время воспринимается как «естественная старость», поэтому многие семьи не обращаются к врачу на ранних стадиях. Поэтому реальные цифры всегда выше официальных. Одна из задач профессионального сообщества — внедрение скрининговых инструментов в поликлиниках и повышение информированности населения. Чем раньше выявляется когнитивное снижение, тем больше возможностей замедлить прогрессирование. Наша кафедра инициировала создание Альянса болезни Альцгеймера и деменции Казахстана (Kazakhstan Alzheimer and Dementia Alliance, KA&DA). Это первая в стране организация, которая намерена системно помогать пациентам и их семьям, обучать врачей и вести просветительскую работу. Альянс уже стал официальным членом Alzheimer’s Disease International (ADI), что означает включение Казахстана в глобальное движение за улучшение жизни людей с когнитивными нарушениями.

— Рост болезни Паркинсона в десять раз звучит пугающе. С чем это связано: с улучшением диагностики, старением населения или появлением новых провоцирующих факторов внешней среды?

— Этот рост объясняется сразу несколькими факторами. Во-первых, население постепенно стареет, а риск развития болезни Паркинсона напрямую связан с возрастом. Во-вторых, существенно улучшилась диагностика. Неврологи стали чаще распознавать ранние формы заболевания, в том числе до появления выраженных двигательных симптомов. И третья причина, влияние факторов среды и образа жизни, которые сейчас активно изучаются: экологические воздействия, сосудистые факторы, хронический стресс. Важно понимать, что рост статистики не всегда означает реальный «взрыв» заболевания, иногда это признак того, что система здравоохранения стала лучше видеть этих пациентов.

— Рассеянный склероз «молодеет». Почему и какие меры раннего выявления этой патологии среди молодых людей будут предложены по итогам форума?

— Рассеянный склероз действительно чаще диагностируется у молодых людей обычно в возрасте 20–40 лет. Но создается ощущение «омоложения» во многом потому, что мы начали выявлять заболевание раньше. Сегодня обсуждаются несколько ключевых направлений. Это и обучение врачей первичного звена распознавать первые неврологические симптомы, и более раннее направление пациентов на МРТ, и использование современных критериев диагностики, создание регистров пациентов, и, конечно же, доступ к ранней модифицирующей терапии. Главная идея, не ждать выраженной инвалидизации. Чем раньше установлен диагноз и начато лечение, тем выше шанс сохранить качество жизни пациента на долгие годы.

— Одной из ключевых тем заявлен искусственный интеллект в профилактике когнитивных нарушений. Может ли ИИ уже сейчас заменить невролога на этапе первичной диагностики, или его роль ограничится анализом снимков МРТ?

— Сегодня искусственный интеллект — это инструмент усиления врача, а не его замены. Алгоритмы уже достаточно хорошо работают в анализе нейровизуализации, помогают быстрее выявлять признаки инсульта, атрофии мозга или сосудистых изменений. Но неврология, это прежде всего клиническая специальность. Диагноз формируется не только по МРТ, но и по осмотру, когнитивному тестированию, анамнезу и динамике симптомов. Поэтому наиболее реалистичная модель на ближайшие годы — это «невролог + ИИ». ИИ может помогать в скрининге когнитивных нарушений, анализе больших массивов данных, прогнозировании рисков деменции и поддержке принятия решений, но финальное клиническое решение остается за врачом.

— Какие цифровые решения, представленные на форуме, реально можно будет внедрить в поликлиниках Казахстана в 2026 году, чтобы разгрузить врачей и улучшить скрининг?

— На форуме обсуждались вполне практические решения, которые можно внедрять уже в ближайшее время. В их числе цифровые скрининговые тесты для раннего выявления когнитивных нарушений, автоматизированные системы анализа МРТ и КТ, в том числе для предхирургической подготовки пациентов с рефрактерной эпилепсией, телемедицинские консультации между региональными больницами и инсультными центрами, а также электронные регистры пациентов с деменцией, рассеянным склерозом, миастенией. Отдельно стоит выделить системы поддержки клинических решений для врачей первичного звена. Такие инструменты позволяют быстрее выявлять пациентов из группы риска и экономят время врача, которое можно посвятить сложным клиническим случаям.

— Выделена отдельная тема по ранней реабилитации постинсультных больных. Существует ли дефицит реабилитологов и логопедов? И увенчалось ли обсуждение этой проблемы подписанием меморандума с медицинскими вузами об увеличении набора по этим специальностям?

— Да, дефицит специалистов реабилитационного профиля ощущается во многих регионах. После инсульта пациенту необходима мультидисциплинарная команда — невролог, реабилитолог, эрготерапевт, кинезиотерапевт, физиотерапевт, логопед, нейропсихолог. Сегодня обсуждается несколько решений: расширение образовательных программ, усиление подготовки специалистов по нейрореабилитации и развитие междисциплинарных центров. В рамках форума действительно поднимался вопрос сотрудничества с медицинскими университетами и профессиональными ассоциациями. Стоит цель увеличить подготовку специалистов, чтобы закрыть кадровую потребность.

— Сахарный диабет 2 типа часто дает тяжелые неврологические осложнения. Планируется ли создание единых региональных маршрутов пациентов между эндокринологами и неврологами?

— Сахарный диабет 2 типа значительно повышает риск инсульта, полинейропатии и когнитивных нарушений, поэтому разделять ведение таких пациентов между разными специалистами уже неэффективно. Это направление сейчас активно обсуждается, и уже есть результаты совместного сотрудничества: создание клинических протоколов всегда подразумевает участие эндокринолога и невролога. Одним из предложений стало создание междисциплинарных маршрутов пациента, где эндокринолог, невролог и врач первичного звена работают как единая команда. Такая модель позволяет выявлять проблемы раньше и предотвращать тяжелую инвалидизацию.

— Вы как главный невролог страны видите всю картину целиком. Если бы у вас была возможность обратиться к каждому жителю Казахстана, какой один самый главный совет по сохранению когнитивной выносливости и здоровья мозга вы бы дали?

— Если сформулировать один главный совет то это безусловно беречь свое здоровье смолоду! Состояние мозга напрямую зависит от состояния сосудистой системы. Контроль артериального давления, уровня сахара и холестерина, физическая активность, полноценный сон и интеллектуальная нагрузка — это самые эффективные «инвестиции» в здоровье мозга. Большинство тяжелых неврологических заболеваний, включая инсульт и сосудистые когнитивные нарушения, во многом предотвратимы. И здесь важна не только медицина, но и ежедневные привычки человека, которые и формируют образ жизни, и я даже сказала бы больше характер человека и его позитивный настрой. Мозг любит движение, обучение и контроль факторов риска. Даже небольшие изменения образа жизни способны существенно снизить вероятность развития деменции и инсульта.

— Каков главный практический документ или резолюция принят на форуме, чтобы цифры смертности через год пошли вниз?

— Главный результат — это даже не один документ, а консолидация усилий всей системы здравоохранения. Мы еще раз подтвердили необходимость унификации стандартов оказания помощи. Когда одинаковые протоколы работают во всех регионах страны, снижается смертность и уменьшается инвалидизация пациентов. Наша цель, чтобы каждый пациент, независимо от того, в каком городе или районе он живет, получил помощь максимально быстро и по современным международным стандартам. И судя по той обратной связи, которую мы получили от коллег из регионов и других стран, мы на верном пути.